"Все, с сегодняшнего дня закусываю исключительно черносливом"- сделал для себя вывод Карабас.- "И коктейли в банках больше не пью".

Кукольный театр уже давно не приносил предпринимателю никаких доходов. Народ валом валил в кинотеатры на Терминатора и прочий долбанный сурраунд, а садо-мазохисткие постановки Карабаса собирали все меньше и меньше зрителей. Только несколько законченных фанатов порки и золотого дождя приносили в кассу свои жалкие гроши и, если бы не побочный бизнес по продаже за рубеж человеческих органов, Барабасыч уже давно бы пошел по миру.

Поэтому, слив театр японцам, Карабас почуствовал облегчение, граничащее с оргазмом. Осталось только решить, что делать с этими несмешными уродцами- актерами. Их японцы забирать категорически отказывались, мотивируя это тем, что на лечение оных от алкаголизма уйдет больше денег, чем те могут отработать за десять лет.

Рядом в кровати посапывала совершенно голая Мальвина. На спине ее красовались широкие красные полосы- следы вчерашней порки. Впрочем, Мальвина и сама нехило перлась от подобных сексуальных игр. Жестокая Госпожа на сцене, в жизни она наоборот, склонялась к мазохизму.

- Подъем, пескаструйщица!- ткнул ее в бок пальцем Карабас.- Там посуды полная раковина и в туалете словно мамонт побывал.- Вставай-вставай, шмара пэтэушная!

- Называй, называй меня гадкими словами,- сладко потянулась Мальвина- Я так люблю, когда ты меня ставишь на место, Повелитель. Мы женщины- любим ушами.

- Я не хочу, чтобы ты меня любила ушами. Я хочу, чтобы ты меня любила ртом. Короче, отстрочи-ка мне по- быстрому минетик и дуй на кухню.

Но насладиться прелестями орального секса Карабасу в этот раз так и не удалось. В незапертую дверь ввались по всем приметам неопохмеленные актеры- Буратино и Артемон.

- Здорово, ЗиЗиТоп!- весело поприветствовал босса Буратино.- Деньжат не подкинешь?

- Пасись иди со своими заманчивыми предложениями,- отмахнулся Карабас.- Ты уже четыре спектакля на этой неделе прогулял.

- Я нос лечил. Это ж мой рабочий инструмент. Как я без него буде исполнять свое "Глубокое проникновение"? А как я буду играть дрозда-потрошителя?

- Что, опять проваливается? Предохраняться надо. Намотал всякой гадости, сейчас отмазоны лепит. А этот чего с тобой приперся? Я ж ему сказал дом сторожить.

- Да увязался вот, третьим быть хочет.

- Ладно, проходите уроды, раз пришли.

- Мы на кухню, покурим пока.

- Мальвинку опять зажимать будете? Ну ладно, позажимайте, с нее не убудет.

Актеры направились на кухню, а Борода улегся на диван, пультом включил видак и приступил к уже наверное тысячному просмотру своего любимого кинофильма "Сильвия Сайнт на Гавайях".

Внезапно дверь распахнулась и в комнату влетел разъяренный Пьеро. Вместо привычного колпачка на голове у него почему-то красовалась засаленная грязная чалма. Карабас выключил видео.

- Хитрый раджа, ты украл мою невесту- сходу наехал Пьеро на Карабаса.- Ты падонок и гандон!

- Узнаешь ее, она твоя!- развел руками Карабас. Казалось, он совсем не обиделся на наглую выходку тряпочного Отелло.

Тут же из соседней комнаты появились Буратино, Артемон и Мальвина. На лицах у них красовались импровизированные паранджи, сделанные наспех из старой тюли ушлым деревянным пареньком. В своей парандже Буратино проделал дырку из которой торчал его свежепочиненный нос.

Подопечные Карабаса начали похотливо извиваться, изображая полупорнографическую версию танца живота.

Пьеро растерялся. Этот меланхолик был известным тугодумом и сейчас пытался срастить, кто же из танцоров является его невестой. "Кто?, кто?, кто?" -стучали молотки в его поролоновых мозгах. "Деревянное существо с носом? Зверюга в черных кудряшках? Девочка с голубыми волосами?".

Буратино, воспользовавшись моментом, хитро подмигнул сомневающемуся страдальцу, сверкнув золотой фиксой.

- Вот она!- крикнул Пьеро, ткнув пальцем в Буратино.

- Ты уверен, Чакраборти? - поинтересовался Карабас.

- Сто пудово! Я ж знаю все ее трещинки, пою ее- свои песенки!- обрадовано заорал юный маразматик.

- А вот обломайся-ка, гопник печального образа! Вот твоя невеста!- Злорадно провозгласил Борода и сорвал паранжу с Артемона. - Так уж и быть, забирай, пока я добренький.- и добавил, подмигнув Мальвине.- Для друга и говна не жалко.

Пьеро безцеремонно схватил Артемона за ошейник и потащил бедного пса к выходу.

- Может не надо? - подал жалостливый голос пудель.

- Надо Арчи, надо.- категорично отозвался Карабас и запел:- Ты будешь вместо, вместо, вместо нее, его невеста честна, честная йо. Йо, йо, камон, камон. Камон отсюда, псина троекуровская!

Под одобрительные взгляды присутствующих Пьеро и Артемон покинули помещение.

- Слили балласт.- ухмыльнулся Буратино, - теперь можно и хлопнуть.

С этими словами он вынул из-за пазухи и поставил на стол литровую бутыль с мутной жидкостью.

- Самогон форевер! На кокосовой стружке!

- Любишь ты стружки, носатый. Да и от кокосов тоже вроде не отказывался.- радостно отозвался Карабас и, подражая интонациям известного рекламного персонажа, добавил.- Обычно мой день начинается здесь, но где и когда он закончится, я не знаю.- и развел плечами.

- Я знаю, - встряла в мужской разговор Мальвина.- В вытрезвителе.

- Ах, малчы, жэнщина. Кагда разгаварывают два джыгита, два горных арла, два…

- Алкоголика?

- Да, два алкаголыка, то…, то… Заткнись, короче, дура. Посуду мой, давай.

- Есть, мой Повелитель,- вытянулась по стунке Мальвина и засеменила в сторону кухни.

- Прекрасная дрессура, шеф. Куклачев сосет. Мальвинусик, глянь там закуси какой!- крикнул Буратино ей вдогонку

- Яблоки пойдут?- отозвалась Мальвина.

- Фру-стайл. Фру-ста-айл.- пропел деревянный мальчик.- Насколько глубока твоя…

- Жопа!- закончил рекламный слоган Карабас и друзья весело рассмеялись.

Через несколько минут стол уже был сервирован, самогон разлит по граненым стаканам, а яблоки нарезаны мелкими дольками.

- Ну давай.- начал Буратино.- Первый тост, за искусство.

- Ну, за искусство грех не накатить. Эх, было времечко. Помнишь наши первые секс-постановки? "Гамлет", "Тартюф", "Лебединое озеро"…

- Да, а еще "Аида", "Ленин в октябре", "Собор парижской богоматери". Помнишь, как там…- и Буратино затянул.- Га-арбун ат-верженый с проклятьем на ху-е! Эх, а я мечтал сам когда-нибудь и сам стать режиссером, а то и владельцем театра. Настоящего, не такого как у нас.

- Хватит, не трави душу, лучше пей давай.

Собутыльники чокнулись и накатили по сто.

- Слы, Барабасыч, тут ходют слухи что ты театр япошкам сплавил.

- Верный слушок, браза

- А нас что, кидаешь значит?

- Да. Я готов на подлости, я готов на гадости. Такое вот я говно. Ты-то что паришься. У тебя же свой бизнес- торговый бренд "Буратино".

-Моей зубной пастой "Буратино" никто зубы чистить не хочет, все на блендамеды перешли, скоты.
Да ладно я. Что с остальными-то?

- Что- что? Артемона- в собачий питомник, Мальвинку в бордель, Арлекино пускай Макдональдс рекламирует, ну а Пьеро… Да пошел он в жопу, этот Пьеро.

Тут дверь опять распахнулась и в комнату снова влетел Пьеро. Чалма на этот раз висела на боку, нос украшали следы собачьих зубов.

- Хитрый раджа, ты украл мою…

- За-е-бал!- рявкнул рассерженный Барабас и разрядил в Пьеро именной Смит-Вессон. Пьеро крякнул и медленно осел на пол.

- Вот и с Пьеро разобрались.- Барабас развалился в кресле и раскурил гаванскую сигару.- А то я собирался его в дурку сдавать, а там бы ему лоботомию какую сделали.

- Отмучился, бедняга.- без сожалений констатировал Буратино.- Совсем его переклинило в последнее время. Недавно на меня с ножом бросался. Невесту ему подавай. Сумасшедший, что возьмешь?

Кукловод и артист хлопнули еще по сотке, поминув Грустного Мима. Потом еще по сто, потом еще… Через полчаса бутылка опустела, Мальвина сбегала еще за одной. Друзья изрядно закосели.

- Слы, Буратиныч, я что хотел тебе сказать-то. Завтра я эта, отчаливаю в янковник, я там себе виллу прикупил в Майами. Не хочешь со мной махнуть? Ну, гувернером на первое время, а там, если бизнес попрет, то замом своим сделаю. Ты ж мне как родной стал, без тебя там затоскую. Поедешь?

- Нет, Карабас, не поеду. Здесь моя родина, здесь я родился, здесь и помру.
Меня Пиноккио, родственничек мой, уже приглашал эмигрировать в Италию. Большим человеком там стал. Приглашение вышлю, кричит, все дела, работу, жилье не проблема. Я отказался.

- Ну ладно, раз такой патриот. Я тогда Мальвинку прихвачу. Все-таки почти жена. А тебе, бро, подарить хочу одну штуку на память, поможет продержаться первое время.

Карабас отогнул угол ковра, за которым оказалась дверца встроенного сейфа и набрал код 666, после чего дверца открылась. Из сейфа Карабас достал какой-то продолговатый предмет, завернутый в кусок мешковины.

- На, держи. Он золотой, четыреста грамм весит. Художественной ценности не имеет. Так что можешь продавать по кускам. Себе на старость берег. Но тебе сейчас нужнее.

В мешковине оказался увесистый золотой ключ, на вид довольно древний.

Его вид вызвал в одурманенном мозгу Буратино чувство дежа вю. Тем не менее подгон оказался очень кстати. Буратино сразу стал вспоминать, есть ли в каморке покойного Папы Карло ножовка по металлу.

- Спасибо, бразер. Ты настоящий брудер.- слезы признательности навернулись в деревянных глазах Буратино.

Бухали до утра. С первача плавно переключились на текиллу, с текиллы на "Хенесси" и так до тех пор, пока не опустошили полностью Барабасовский бар.

Домой Буратино добрался только к утру. Оглядел мутным взглядом жалкую каморку, доставшуюся по наследству от Папы Карло.

Пыль, грязь, пустые бутылки. До смерти надоевший холст с нарисованным очагом. Дохлый Сверчок под кроватью.

"А может, ну его все на хуй"- подумал Буратино.- "Сорваться и - гуд бай май мазеленд?".

Пьяный Буратино зло пнул колченогий табурет- одно из творений никудышного плотника Папы Карло. Да так сильно, что тот пролетел пол-каморки и врезался прямиком в пыльный холст с очагом. Холст давно прогнивший от старости, не выдержал и разорвался пополам, обнаружив за собой старую ржавую дверь.

"Оппачки, сюрпрайз какой"- мелькнуло в нетрезвой голове- "А у Папы Карло тут черный ход был. Или это я белочку поймал?"

Желая убедиться в реальности существования двери, Буратино сильно врезал по ней кулаком. Дверь не поддалась- только гулко загрохотала и обдала Буратино рыжей пылью.

-Ах ты, сука ржавая!, -в сердцах крикнул Буратино и оглядел каморку на предмет подходящих орудий взлома. Тут -то он и вспомнил о подаренном ключе. Ключ на вид имел подходящие для замочной скважины размеры.

Буратино сунул ключ в скважину. Повернул. О чудо- ключ провернулся и замок сухо щелкнул. Буратино толкнул дверь от себя. Со страшным скрипом та поддалась. А там…

Да не было там никакого кукольного театра. Подвал был. Тепловой узел. И миллион долларов. Наличными.