- с этого дня я теперь люблю только сутулых женщин, - заявил он и для пущей важности притопнул ногой.

Аня и без всего этого уже была похожа на выползшего из камней, поросшего тиной краба, а тут еще и это. Любовь Ани была, как говориться, чистой и беззаветной. И всяческие пожелания  своего возлюбленного девушка воспринимала как должную необходимость, дающую хоть и призрачную, но надежду на взаимность.
Не прошло и секунды как Аня, шумно выдохнув из себя весь воздух,  слегка приподняла плечи и расслабила позвоночник, неожиданно приобретя сходство с одинокой пожилой домохозяйкой, неоднократно перечитавшей в свое время возле маленькой электрической печки, стоящей на шатком трехногом табурете, всего Шекли и пару романов Желязного.
Саша безгубо улыбнулся ноздрьми и загоготал как конь.

- экая дура! – воскликнул парень, пытаясь для чего-то заткнуть трубчатой куриной костью отнюдь не трубчатую и даже не куриную, а остро пахнущую тертым мускатом ложбинку Ани.

Подобные благодарства в глазах Ани выглядели как неоспоримые доказательства скорой удачи на пути к завоеванию Сашиного сердца. Пораненная острыми краями кости кожица вокруг ложбинки выпустила на свет Божий кровь, которая, словно группа купающихся в озере монашек, застигнутая кавалерийским батальоном молодых гусар, пустилась наутек. Вся промежность Ани пылала ярко-красным огнем недовольства. Ей откровенно хотелось большего, нежели чужеродный бестолковый кусок уже не летающего, да и никогда не летавшего существа. Кстати о курицах. У меня есть дядя, который очень хорошо пародирует петуха. Если бы не его усеченный затылок, то мне бы с неистребимым желанием захотелось бы в него проголосовать, а так, мой кандидат всего лишь дядя, умело пародирующий петуха.
Тем временем Александр заходился в истерике. Вид кровоточащей сутулой Ани возрождал в нем то далекое детское невинное чувство, которое всегда возникало в нем после каждого посещения бани. Рыжеволосым юнцом, раскрасневшимся от чрезмерной термической нагрузки, выходил он на сухой летний асфальт, и тело его всегда судорожно отзывалось на упругие толчки июльского ветра. Тот трепет, в который его погружала атмосфера беззаботного довольства, пронес он через года ничуть не тронутым и неразбазаренным, полюбившимся в скором юношестве очерненным сознанием молодого сладострастника желанием во всем видеть лишь материальную угоду своим страстям.
Через несколько лет судьба этой парочки вынуждена была скромно отойти в сторонку, и в нервном ужасе наблюдать со стороны за ползущей, причудливо изогнувшейся в форме сведенной параличом змеи,  с ног до головы измазанной перезрелым томатом, чудно икающей и неустанно хрипящей и булькающей, с трудом напоминающей прежнюю, Аней. За веселым баянистом Степой она тоже наблюдала.
Суров наш 21 век! Одного только гороха на целое село завезли вчера.